Генеральный доктор

Журнал "Ъ - ОГОНЁК", 2009 год

Как там обычно спрашивают психологи и психотерапевты? "Вы хотите об этом поговорить?" С таким вопросом мы обратились к доктору Курпатову, и он согласился поговорить о своей новой работе. С недавних пор он стал гендиректором телекомпании "Красный квадрат", которая производит 22 программы, в том числе множество проектов для Первого канала — "Минуту славы", "Давай поженимся", "Кто хочет стать миллионером", "Модный приговор", "Закрытый показ", а также для других каналов — "Фабрику мысли" (ТВ Центр), "Все по-нашему!" (СТС)...
Это не первая руководящая должность Андрея Курпатова: как военный (окончил Нахимовское училище и Военно-медицинскую академию) он руководил взводом, как врач — Санкт-Петербургским городским психотерапевтическим центром и собственной клиникой, как телеведущий — своей программой "Все решим с доктором Курпатовым!" на канале "Домашний". Потом программа "Доктор Курпатов" выходила на Первом канале. А дальше Андрей Курпатов делал "Фабрику звезд-7", "Последнего героя", "Большие гонки" и занимался подготовкой "Евровидения". То есть успешный и известный всей стране доктор стал мало кому пока известным телевизионщиком. Что не очень укладывается в голове.

Как вы вдруг стали медиаменеджером?
Сказать, что я вдруг из доктора превратился в — не совсем правильно. Меня знают как доктора. Но я занимался и многими другими вещами: историей, литературоведением, театроведением, телевизионным продюсированием...

А чем вы занимаетесь здесь?
Моя задача — создать активный творческий коллектив, атмосферу, в которой всем будет хотеться работать. На телевидении сделать это непросто, ведь творческие люди в хорошем смысле этого слова эгоцентричны. Большая компания, где работало бы много творческих людей, которые бы дополняли друг друга, вдохновляли, поддерживали, — к сожалению, нонсенс. Но я рассчитываю, что у нас будет именно такая команда. Время требует. Сейчас в телевизионном мире происходит самый настоящий слом, сменяются поколения. В телевидении, как в балете, очень мало тех, кто способен "танцевать" больше 10-15 лет.

Есть уникальные в этом отношении люди, такие как Константин Эрнст. Он всегда готов сломать закостеневшую структуру, чтобы создать нечто новое, оригинальное, живое и своевременное. Последние годы, до кризиса, на телевидении царствовала эпоха барокко. Оно было развращено деньгами, вниманием аудитории. Снимались дорогие и подчас бессмысленные проекты. Все были в восторге от самих себя. Все стали звездами. И все закостенело. Телевидение встало на конвейер и пытается воспроизводить само себя по одним и тем же лекалам. Это гибельный путь. Мы по нему не пойдем. Команда, которая формируется в "Красном квадрате", состоит из людей 30, 30 с небольшим лет. Это мое поколение — мне 35. Новая генерация телевизионщиков или совершит свою маленькую революцию, или не совершит. Но ее время уже наступило. От того, справятся они с этим вызовом или нет, зависит многое. Телевидение может перекочевать в интернет или мобильный телефон, но суть не изменится — оно является частью жизни большинства людей и серьезно влияет на наши жизненные стратегии. Поэтому мне важно дать возможность этим ребятам проявлять себя.


Андрей Курпатов хорошо понимает, что такое дать возможность делать проект на телевидении. Он создавал свою программу два года: обивал пороги, снимал "пилоты", уговаривал... Ему говорили, что "это смотреть не будут" и не раз повторяли: "Ну какой из тебя ведущий?! У тебя не получится". У доктора Курпатова получилось не только сделать популярную программу, но и возглавить телекомпанию, в которой работают более 500 человек.

Когда вы начинали делать программу, вы говорили, что не воспринимаете себя как человека телевизионного: "Моя профессия психотерапия. Менять ее я не собираюсь". Почему решили все-таки поменять?
Я иногда выхожу в свою приемную и говорю: "Сейчас два часа работал психотерапевтом". Здесь мои профессиональные знания небесполезны, поскольку я работаю с творческими людьми, которые сталкиваются друг с другом, со зрителем, с сопротивлением материала... Но я и в другом смысле не отказался от своей профессии. Меня занимает психология таланта. Я должен понимать, обладает ли человек той мерой таланта, которая необходима, чтобы справляться с поставленной задачей. Второй вопрос: изучение того, как аудитория реагирует на творческий продукт, механизмы ее восприятия, оценки, влияния. Очень увлекательное и интересное дело, само существо социальной психологии. Иного такого масштабного исследовательского полигона не существует. Телевидение онлайн, каждую секунду входит во взаимодействие с аудиторией, и мы тут же видим результат. Чтобы ответить на вопрос, как сделать такое телевидение, которое будет соответствовать нашему пониманию хорошего телевидения, но которое будет смотреть аудитория, надо понимать механизмы взаимодействия. При нынешнем уровне знаний возможны или хорошие программы, которые никто не станет смотреть, или зрелище на потребу.

Серьезно вы подошли к телевидению...
Это мой метод. Я ко всему очень серьезно отношусь, к психологии серьезно относился, хотя меня и воспринимают как популяризатора. Я действительно ее популяризировал. Мне было важно дать новый импульс индустрии, которая не может качественно развиваться в отсутствие внимания к ней со стороны потенциальных потребителей ее услуг. Нужно было разбудить существующий латентный спрос на психотерапию, если формулировать это в научных терминах. Но я не популяризатор психотерапии.

Андрей Курпатов — ученый, исследователь, автор более 100 научных работ и монографий, автор 40 книг (10 из них — изданные монографии). Что кажется немыслимым: если бы он с рождения писал в год по одной книге, их и то было бы 35. Монографии он считает главными своими книгами, хотя его популярные книги проданы общим тиражом более 2,5 млн экземпляров, а например, монография "Руководство по системной поведенческой психотерапии" вышла тиражом 2 тысячи экземпляров и, возможно, не вся раскуплена.

Все проекты, которые делает ваша компания, развлекательные. Развлечение — это вид психотерапии?
"Красный квадрат" — телевизионный производитель. В эпоху барокко господствовала мода на развлекательное телевидение, и мы делали самое рейтинговое развлекательное телевидение. Сейчас тренд меняется. Содержательность и эмоциональный контакт с аудиторией — вот его новое качество. А поскольку мы это чувствуем и понимаем, наших зрителей ждет много приятных сюрпризов. Впрочем, я не стал бы обобщать: не все развлекательное телевидение исключительно развлекательное. Например, "Фабрика мысли", где люди представляют свои идеи и изобретения, может казаться развлекательной программой, но это лишь форма. Да, у программы нет задачи внедрять инновации в производство, но у нее есть очень важная социальная функция: показать, что существует и такая модель поведения, что и наукой тоже можно жить. Советское телевидение объясняло нам, что хорошо, а что плохо, давало "правильную установку". Сейчас каждый человек — смешно, но это, видимо, главное демократическое завоевание — сам для себя решает, что для него хорошо, что плохо. А телевидение лишь предлагает ему разные модели поведения. Причем не несет ответственности за свои предложения. Если оно предлагает такую модель поведения, как, например, в "Фабрике мысли", и люди эту модель воспримут, я хочу жить в этой стране.

В кабинете Курпатова в "Останкино" стоят статуэтки телепремии ТЭФИ и телевизор диагональю метра полтора. Телевизор, в котором давно не видно доктора Курпатова. Он говорит, что сам завершил свою программу на Первом канале, потому что понял: дальше он будет повторяться, он сказал все, что хотел.

Вы совсем ушли за кадр или появитесь на экране?
В следующем году мы отметим 25-летие начала перестройки, исторический шаг в целое поколение. Но что мы знаем о себе, переживших эту эпоху перемен? Ничего. Мы не отрефлексировали время, не осознали себя — новых, изменившихся, не поняли мир, который сами же и создали за эти годы, а без всего этого невозможно никакое движение вперед. С этими "страшными" годами на телевидении игрались много и многие, но, поверьте, мне есть что рассказать про эти 25 лет. То, о чем мы не думали, то, чего мы не понимали, то, что настало время осмыслить и понять. Это будет большой цикл документальных фильмов.

Когда возникла ваша программа, вам приходилось объяснять в интервью, что вы не Кашпировский. Теперь вы будете на экране наряду с Кашпировским, который вернулся...
Сейчас совсем другая природа его существования на телевидении. Если в 80-е Кашпировский появился как мессия (так его воспринимали, в противном случае никто не допустил бы этого безумия с операциями на дальних расстояниях), то сейчас — как телезвезда, способная привлечь аудиторию. Те, кто делал с ним телевидение тогда, сами верили в него и в его способность творить чудеса (он действительно обладает уникальными способностями как гипнолог). А сейчас для продюсеров он цифра доли и рейтинга (правда, не слишком успешная, как мы можем убедиться). Сейчас Кашпировский появляется на почве безверия, и у этой реинкарнации нет шансов. Время изменилось, людям необходимо вернуть веру, а просто эксплуатировать ее уже невозможно. К тому же с эпатирующими фокусами можно выступить один раз, дальше важно другое — представляешь ты собой что-либо или нет, есть тебе что сказать аудитории или нет. Ужас нынешнего психологического состояния нашей страны в том, что мы ни во что не верим по-настоящему. Можно верить в дело, которое ты делаешь, в людей, с которыми ты живешь и работаешь, верить в Бога, в знания, в справедливость... Вера определяет смысл жизни. Сначала человек решает, во что он верит, а только после этого понимает, в чем смысл его жизни — пойти в монастырь, если он верующий, изучать тайны космоса, если он верит в знания... И тогда нет растерянности, депрессии XXI века, которая нас коснется, может, больше, чем других, если мы не изменимся. Об этом я тоже хочу рассказать: о том, как люди сохраняют веру и что помогает им верить.

Сам Андрей Курпатов, наверное, мог бы быть примером для сериала, как люди сохраняют надежду. В 1998 году он перенес нейроинфекцию, два года не мог ходить, из-за чего покинул военную службу. Полностью обездвиженный, он работал на больничной койке: к нему как психотерапевту приходили пациенты. Говорит, если бы не болезнь, сейчас был бы военным психиатром.

О себе, о своей жизни, о жене, писательнице Лилии Ким, вы довольно подробно рассказывали в различных интервью. Не считаете, что был некоторый перебор?
Тогда, когда я говорил с людьми об их личной жизни, у меня не было права о чем-то умалчивать, если спрашивали меня. Я не делал из этого тайны. Сложнее жить с тем, что ты стал именем нарицательным. Гаишники, останавливая меня, обращаются ко мне: "Доктор". Но это моя плата за то, что, как мне кажется, я сделал для психотерапии и для людей, которые будут пользоваться ее услугами.

Можно не сомневаться, что Андрей Курпатов сделает что-то важное и для телевизионной индустрии. И тогда, видимо, таким же нарицательным, как "доктор Курпатов", станет "директор Курпатов".

Беседовала Юлия Ларина.
http://www.kommersant.ru/doc/1253918
Записаться на прием

appointment@kurpatov-clinic.ru +7 (812) 405 74 17
Форма заявки